Ми (Овца)

Подобно кроткому и смирному животному, родившиеся в год Овцы, говорят, сердечны и мягки. У корейцев есть на этот счёт пословица: «Даже невестку, родившую дочь в год Овцы, не обижают». Миролюбивые по натуре, они редко ввязываются в споры; как овцы, любят держаться группой и редко борются за положение среди равных. Они могут быть и упрямы, всегда возвращаясь домой одной и той же дорогой; и хотя они не склонны к ссорам, они бывают вспыльчивы и, рассердившись, не могут сдержаться.

Старая поговорка гласит, что «родившийся в год Овцы никогда не разбогатеет»: как овца, они слишком честны, чтобы обманывать других, и слишком прямы, чтобы скопить состояние.

Овцы никогда не были распространены в Корее, но старинные записи показывают, что они были здесь уже в период Трёх государств. На первый год правления короля Попа из Пэкче (599–600) из Пэкче в Японию отправили верблюда, осла, двух овец и фазана; на двенадцатый год короля Хондока из Силла из Силла отправили двух чёрных баранов, четырёх белых овец, двух коз и утку. В Корее овца когда-то была мерилом богатства дома и животным доброго знака, олицетворявшим честность и выносливость.

Строго говоря, отмечает музей, овца и коза — разные виды: у овцы мягкая курчавая шерсть и нет рогов, у козы прямая жёсткая шерсть и чаще всего есть рога, — но обе представляли этот знак зодиака. Английские страницы музея называют его Sheep, овцой, и мы поступаем так же.

Иероглиф 羊, «овца», — пиктограмма, связанная со значениями «красивый», «благоприятный» и «добрый»: «большая овца» (大羊) даёт 美, «красивый», а овца над «я» (我) даёт 義, «справедливый». По природе животного, пишет музей, корейцы видели в овце доброе, справедливое и прекрасное существо; а овцу, опускающуюся на колени, чтобы щипать траву, считали знаком благодарности. Поскольку она всегда возвращается домой одной и той же дорогой, её считали упрямой и прямой, символом честности и справедливости.

В религии овца всегда была жертвенным животным — на Западе козлом отпущения, которого приносили богам, каравшим людей; в Китае и Корее — животным, часто используемым в обрядах. Добродушная, не способная причинить вред и готовая пожертвовать собой ради других, овца порой сравнивалась с корейским народом. В последние годы Корейской империи учёный-патриот Ким Чонхак сокрушался, что предки, любившие одеваться в белое, были словно стадо овец, терпеливо и покорно сносившее свою участь, и призывал их «заострить наши рога» и окружить своего вожака оградой, на которую не осмелились бы посягнуть даже волки, — пример, говорит музей, того, как овца служила метафорой для одного из моментов корейской истории.

Прежде чем основать династию Чосон, Ли Сонге, живший в глухой деревне, увидел во сне, что поймал овцу, у которой отпали рога и хвост. Буддийский наставник Мухак истолковал сон: убери у иероглифа «овца» рога и хвост, и останется 王, «король», — значит, он станет королём. Так и случилось, и его сон об овце запомнили как благоприятный.

Овца часто встречается среди фигур-стражей, охраняющих гробницы. При Чосон из двенадцати зодиакальных статуй, некогда окружавших королевские гробницы, остались только лошадь, овца и тигр: овца, поставленная к западу от гробницы, и тигр, к востоку, были её стражами.

Самая известная корейская картина с овцой — «Выпас овец в Цзиньхуа» (金華鞭羊圖) Ким Хондо. Она рассказывает даосскую легенду: горный бог, найдя пятнадцатилетнего юношу Хуан Чупина (黃初平) добросердечным и добродетельным, позволил ему достичь просветления, и тот сорок лет пас овец, не старея; когда его старший брат Хуан Чуци (黃初起) нашёл его, он умел превращать камни в овец, и оба брата стали даосскими божествами.

Овца, Кролик и Свинья образуют одну из четырёх гармоничных триад (самхап, 삼합): кролик, говорит музей, спокойно принимает жалобный нрав овцы и завидует запаху и силе свиньи, а его нос похож на нос овцы и свиньи.

Крыса — вонджин (원진) Овцы, животное, с которым она в конфликте: крыса шарахается от овечьего помёта, ведь, как говорят, стоит ему хоть немного коснуться её тела, как плоть крысы гниёт и у неё выпадает вся шерсть.